Вторник, 23.05.2017, 21:44
Приветствую Вас Гость | RSS

Design-art

Каталог статей

Главная » Статьи » Интерьеры

Жан Бодрийар


Жан Бодрийар

Жан Бодрийар занимается социологической работой, которая подвергает испытанию и разрушению единство существующих теорий. С помощью насмешки, а также детальной точности он освобождает существующие описания общества от спокойной уверенности и наполняет их юмором.
Монд (1984b, с.95, выделено нами)

Социолог и философ Жан Бодрийар известен своими размышлениями над проблемами реальности, видимости и иллюзии. Здесь мы обратим внимание на мало изученный аспект его работы, а именно частое употребление им научной терминологии.

В некоторых случаях речь явно идет о метафорах. Бодрийар писал, например, о войне в Персидском заливе:

    Самое удивительное - то, что две гипотезы: апокалипсис реального времени и чистой войны, и победа виртуального над реальным - имеют место в одно и то же время, в одном и том же пространстве-времени, и неумолимо следуют друг за другом. Это свидетельство того, что пространство события стало гиперпространством с многократным преломлением, что пространство войны окончательно стало неевклидовым. (Бодрийар, 1991, стр. 49, курсив в тексте)

Создается впечатление, что существует традиция использования математических понятий вне их контекста. У Лакана это торы и мнимые числа, у Кристевой - бесконечные множества, в данном же случае это неевклидовы пространства (употребляемые в общей теории относительности)[163]. Что все это могло бы означать? Впрочем, а что представляло /125/ бы собой евклидово пространство войны? И наконец следует подчеркнуть, что понятие «гиперпространство с многократным преломлением» не существует ни в математике, ни в физике; это словосочетание - бодрийаровское - чистая выдумка.

Статьи Бодрийара переполнены подобными физическими метафорами, например:

    В евклидовом историческом пространстве, самый краткий путь от одной точки до другой, это прямая, прямая Прогресса и Демократии. Но это верно лишь для линейного пространства Просвещения[164]. В нашем, неевклидовом, пространстве конца века, один неблагоприятный изгиб необратимо изменяет все траектории. Он, без сомнения, связан со сферичностью времени (она становится видимой на горизонте в конце века как сферичность земли - на горизонте в конце дня), или в тонкой дисторсии (искажении) поля притяжения. {...}

    С помощью этого опрокидывания истории в бесконечность, с помощью этого гиперболического изгиба, сам век ускользает от своего конца. (Бодрийар 1992, с. 23-24)

    Именно ему, без сомнения, мы обязаны этим забавным физическим опытом: впечатлением, что коллективные или индивидуальные события затягиваются дырой памяти. Эта утрата, несомненно, вызвана тем самым движением обратимости, тем самым параболическим изгибом исторического пространства. (Бодрийар 1992, стр. 36)

Но физика в целом у Бодрийяра не метафорична. В его собственно философских работах физика берется (как нам кажется) буквально, как, например, в эссе«Неизбежное, или обратимая необратимость», посвященном теме случайности:

    Фундаментальными являются эта обратимость причинного порядка, эта обратимость следствия по отношению к причине, эта прецессия и эта победа следствия над причиной.{...}

    Это то, что происходит с наукой, когда она не останавливается на том, чтобы подвергнуть сомнению в детерминистский принцип причинности (вот она, первая революция). Она, по ту сторону принципа неопределенности, который оказывается еще и гиперрациональностью, предчувствует: случайность - это колебание законов, что само по себе уже удивительно. И еще она, на пределе физических и биологических возможностей своего опыта, предчувствует, что существует не только колебание, /126/ неопределенность, но и возможная обратимость физических законов. Именно это и составляет абсолютную загадку: не некая сверхформула или метауравнение вселенной (это и было представлено теорией относительности), но идея того, что всякий закон может обратить сам себя (не только обратить частицу в античастицу, а материю в антиматерию, но и сами законы). Эта обратимость, гипотеза о которой всегда высказывалась в великих метафизических теориях - фундаментальное правило игры видимостей, метаморфозы видимостей, против необратимого порядка времени, закона и смысла. Но любопытно наблюдать, как приходит наука к тем же, настолько противоречащим ее собственной логике и ее собственному развитию гипотезам. (Бодрийяр, 1983, стр. 232-234, курсив в тексте)

Сложно угадать, что Бодрийар подразумевает под выражением «обратить закон». Действительно, физика говорит об обратимости законов, используя данное выражение, чтобы кратко указать на их неизменность по отношению к обратимости времени[165]. Но это свойство хорошо известно уже в детерминистской и причинной теории - ньютоновской механике, она не имеет ничего общего с неопределенностью и вовсе не находится на «пределе физических возможностей» науки. (Напротив, новизну представляет не-обратимость законов «слабых взаимодействий», открытая в 1964 году). В любом случае, обратимость законов не имеет отношения к пресловутой «обратимости причинного порядка». Наконец, научные измышления (или разглагольствования) Бодрийара приводят его к необоснованным философским утверждениям: он никак не аргументирует свою идею, согласно которой наука приходит к гипотезам, «противоречащим ее собственной логике».

Эта мысль воспроизведена в эссе, озаглавленном Неустойчивость и устойчивость по экспоненте:

    Это скорее проблема дискурса о конце (в частности, о конце истории), чем проблема необходимости говорить об этом, находясь в то же время далеко от конца, и невозможности закончить. Этот парадокс - следствие того, что в нелинейном пространстве, в неевклидовом пространстве истории конец неуловим. Конец, действительно, может быть определен только в рамках логического порядка причинности и непрерывности. Таким образом, события, из-за своего искусственного производства, запрограммированного срока действия или предвосхищения своих следствий, /127/ если не принимать в расчет их преобразование в средствах массовой информации, сами аннулируют отношение причины к следствию, и, следовательно, всю историческую непрерывность.

    Это искажение (дисторсия) следствий и причин, эта загадочная автономность следствий, эта обратимость следствия по отношению к причине, порождающей беспорядок, или хаотический порядок (это в точности наша сегодняшняя ситуация: ситуация обратимости информации о реальном, порождающей событийный беспорядок и нелепость медиа-следствий), - все это не существует без привлечения теории Хаоса и диспропорции между взмахом крыльев мотылька и ураганом, который он вызвал на другом краю света. И без привлечения парадоксальной идеи Жака Бенвиниста о памяти воды. {... }

    Может быть, следует и историю рассматривать как хаотическое образование, где ускорение кладет конец линейности, и где турбулентные потоки, вызванные ускорением, окончательно отдаляют историю от ее конца точно так же, как они отдаляют следствия от их причин. (Бодрийар 1992, стр. 155-156)

Во-первых, теория хаоса ни коим образом не разрушает отношение между следствием и причиной. Нас охватывают серьезные сомнения в том, что, действие, произведенное в настоящем может затрагивать, даже в межличностных отношениях, прошедшее событие! Во-вторых, теория хаоса не имеет ничего общего с гипотезой Бенвениста, касающейся памяти воды[166]. И, наконец, последняя фраза, хотя и построена при помощи научной терминологии, лишена всякого смысла. Текст продолжается в том же духе:

    Мы не достигнем своего предназначения, даже если это Страшный Суд, так как мы отделены от него гиперпространством с неустойчивым преломлением. Обратимость истории могла бы очень хорошо объяснить самое себя как турбулентный поток подобного типа, вызванный стремительностью событий, которая изменяет их ход и сбивает их траекторию. Это одна из версий теории Хаоса, а именнонеустойчивости по экспоненте и ее неконторолируемых следствий. Эта катастрофическая сингулярность прерывает линейный или диалектический ход истории и сводит на нет «конец» истории. {...}

    Но версия неустойчивости по экспоненте не единственная, другая - это устойчивость по экспоненте. Она определяет то состояние, когда, отправляясь из любой точки, всегда заканчивают путь там, где начали./128/

    Все ведет, независимо от исходных условий, индивидуальных особенностей, к еще одной странной точке притяжения - к точке Нуля[167]. {...}

    Эти две гипотезы - неустойчивости и устойчивости по экспоненте - хотя и являются несовместимыми, одновременно приемлемы. К тому же, наша система их сочетает в своем нормальном, нормально катастрофическом состоянии. Действительно, она сочетает инфляцию, скачкообразное ускорение, головокружительную изменчивость, неожиданность последствий, избыток чувств и информации, - с растущей (по экспоненте) тенденцией к всеобщей энтропии. Наши системы, таким образом, хаотичны дважды: они функционируют одновременно в неустойчивости и устойчивости по экспоненте.

    Таким образом, конца нет, потому что мы находимся в состоянии избыточности конца: трансконечное - в запредельности конечностей: трансконечность. {...}

    Теперь нет конца у наших систем, сложных, с метастазами, зараженных, обреченных на единственный показатель экспоненты (неустойчивое или устойчивое), на бесконечную фрактальную непредсказуемость и неопределенность. Обреченные на ускоренный метаболизм, распространение вовне метастазами, они истощают сами себя и не имеют более предназначения, конца, альтернативы, неизбежности. Они обречены на эпидемии, на бесконечный рост фрактала, - но не на обратимость или исключение неизбежности. Мы можем распознавать лишь знаки катастрофы, мы более не можем распознавать знаки судьбы. (Кстати, занимается ли теория Хаоса противоположным явлением, тоже совершенно необыкновенным -гипочувствителъностью к исходным условиям, обратным экспонированием следствий по отношению к причинам - потенциальными ураганами, которые заканчиваются взмахом крыльев мотылька?) (Бодрийар 1992, с. 156-160, выделено автором)

Читатель заметит высокую плотность научных и псевдонаучных слов[168], вставленных в совершенно бессмысленные предложения. Тем не менее следует сказать, что эти тексты не типичны для Бодрийара, так как в них он ссылается (правда, неопределенным и путаным образом) на уже более или менее определенные научные идеи. Чаще можно прочитать следующие пассажи:

    Нет топологии лучше, чем топология Мебиуса для того, чтобы указать на смежность близкого и далекого, внутреннего и внешнего, объекта и субъекта на одной спирали, где также накладываются друг на друга экран наших компьютеров и мысленный экран нашего собственного мозга. /129/ С точки зрения такой модели, информация и коммуникация всегда возвращаются к самим себе в кровосмесительном обращении, в поверхностной неразличенности субъекта и объекта, внешнего и внутреннего, вопроса и ответа, события и изображения и т.д. - это можно представить себе лишь как петлю, которая моделирует математическую фигуру бесконечного. (Бодрийар 1992, с. 62-63)

Как заметили Гросс и Левитт (1994, с. 80), «это столь же напыщенно, сколь и бессмысленно».

Подводя итог, в работах Бодрийара содержится большое число научных терминов, которые использованы без должного внимания к их значениям и помещены в явно не подходящий им контекст[169]. Воспринимаются ли они как метафоры, или нет, они могут лишь создать видимость глубины банальным рассуждениям о социологии и истории. Кроме того, научная терминология смешивается со столь же легко используемой ненаучной терминологией. В конечном счете, возникает вопрос, что останется от мысли Бодрийара, если стереть весь покрывающий ее словесный глянец./130/

163. Что такое неевклидово пространство? В евклидовой геометрии плоскости - той, что изучают в школе, - для всякой прямой D и для всякой точки р, не лежащей на прямой Д существует только одна прямая, параллельная D (то есть не пересекающая ее) и проходящая через р. В неевклидовой геометрии, на оборот, может существовать, в зависимости от условий, бесконечное число параллельных прямых или ни одной. Эти геометрии были сформулированы в работах Больи, Лобачевского и Римана в девятнадцатом веке и были использованы Эйнштейном в общей теории относительности.

164. Мы рассматривали в предыдущей главе злоупотребления понятием "линейный".

165. Чтобы проиллюстрировать это понятие, возьмем бильярдные шары, движущиеся по столу согласно законам ньютоновской механики (без учета сил трения и упругости при их движении и столкновении) и снимем это движение на пленку. Если прокрутить фильм наоборот, то мы увидим, что это новое движение тоже будет подчиняться законам ньютоновской механики. Поэтому говорят, что законы ньютоновской механики неизменны по отношению к обратимости времени. На самом деле все известные сегодня физические законы, за исключением тех, которые описывают так называемые "слабые" взаимодействия на субатомарном уровне, обладают этим свойством инвариантности (неизменности).

166. Опыты Бенвенисты (подробнее смотрите Давенас и др. 1988) о биологических процессах в растворах низкой концентрации, которые казались научным основанием гомеопатии, были быстро разоблачены сразу после неосторожной публикации в журнале Природа. Смотрите Маддокс и др. (1988); а для более широкого представления посмотрите Брох (1992). Другие рассуждения Бодрийара по этому поводу вы найдете в Спокойные воспоминания 111, из которых можно узнать, что память воды - это "решающая стадия преобразования мира в чистую информацию" и что "эта виртуализация процессов происходит в точном соответствии самой передовой науки" (Бодрийар 1995а, с. 105).

167. Вовсе нет! Если нуль является точкой притяжения, то это то, что называют "фиксированная точка"; эти точки притяжения были известны с девятнадцатого века (так же как и циклы-пределы) и термин "странные точки притяжения" был введен специально для обозначения притяжений другого, чем эти, типа. Например, у Рюэля (1993).

168. Среди последних отметим для примера гиперпространство с неустойчивым преломлением и фрактальная неопределенность.

169. Другие примеры можно найти среди ссылок на теорию Хаоса (Бодрийар 1983, с.221-222), на теорию Большого Взрыва (Бодрийар 1992, с. 161-162) и на квантовую механику (Бодрийар 1995b, c.30-31, 82-85). Эта последняя книга переполнена научными и псевдонаучными ссылками.


Источник: http://scepsis.net/library/id_1119.html
Категория: Интерьеры | Добавил: Lisa (14.07.2013)
Просмотров: 192 | Теги: бодрийяр | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0